Неточные совпадения
Он вздохнул и потупился. Я, признаюсь, с совершенным изумлением посмотрел на странного старика. Его
речь звучала не мужичьей
речью: так не говорят простолюдины, и краснобаи так не говорят. Этот язык, обдуманно-торжественный и странный… Я не слыхал ничего подобного.
У меня всю жизнь было отвращение к церемониям, к
торжественным собраниям, юбилеям, свадьбам, к условным риторическим
речам, к мундирам, к орденам.
Как корреспондент я надеялся иметь даровой вход на выставку, но мне в нем отказали, и я принужден был заплатить за сезонный билет сто франков, что для меня как для трудового человека было довольно-таки чувствительно. Этот стофранковый билет не предоставлял никаких особенных льгот, кроме права присутствовать при открытии с расчетом на появление императора с императрицей и на
торжественное заседание, где Наполеон III должен был произносить
речь.
Тем не менее некоторое беспокойство шевелилось в глубине души старого шляхтича, и потому, приведя девочку для первого урока, он счел уместным обратиться к ней с
торжественною и напыщенною
речью, которая, впрочем, больше назначалась для слуха Максима.
Наряду с этими грандиозными работами князь не забывал и мелочей. Прослушивал
торжественную ораторию, приготовленную к приезду Екатерины известным итальянским капельмейстером и композитором Сарти, собственноручно написал тему, которую должен был развить в своей приветственной
речи духовный вития архиепископ екатеринославский и таврический Амвросий.
И тихого ангела бог ниспослал
В подземные копи, — в мгновенье
И говор, и грохот работ замолчал,
И замерло словно движенье,
Чужие, свои — со слезами в глазах,
Взволнованны, бледны, суровы,
Стояли кругом. На недвижных ногах
Не издали звука оковы,
И в воздухе поднятый молот застыл…
Всё тихо — ни песни, ни
речи…
Казалось, что каждый здесь с нами делил
И горечь, и счастие встречи!
Святая, святая была тишина!
Какой-то высокой печали,
Какой-то
торжественной думы полна.
Потом Нина Леонтьевна очень картинно описала приезд Лаптева в Кукарский завод, сделанную ему
торжественную встречу и те впечатления, какие вынес из нее главный виновник всего торжества. В коротких чертах были сделаны меткие характеристики всех действующих лиц «малого двора». Тетюеву оставалось только удивляться проницательности Нины Леонтьевны, которая по первому взгляду необыкновенно метко очертила Вершинина, Майзеля и всех остальных, причем пересыпала свою
речь самой крупной солью.
Пред алтарем, при блеске свеч,
В часы
торжественного пенья,
Знакомая, среди моленья,
Ей часто слышалася
речь.
Но вот наступила
торжественная минута. Барятинский встал и, подняв бокал, обратился к Козловскому с короткой
речью. Когда Барятинский кончил, Козловский встал и довольно твердым голосом начал...
«В его
речи события самые простые, иногда те самые, которые, не замечая их, видел Пьер, получали характер
торжественного благообразия…
С
торжественным лицом явился Вульф к Глику и застал его в больших трудах. Он высиживал
речь, которую хотел произнесть перед русским военачальником, когда последует сдача замка. Госпожа Вульф в глубокой задумчивости сидела неподалеку от него.
При этом
торжественном случае не было красноречивых
речей, но были, с одной стороны, слезы радости, что умела угодить доброму Михаилу Аполлонычу, с другой — слезы благодарности.
Гневно сверкали глаза великого князя, и
речь его лилась подобно огненному потоку лавы. Иоанн кончил, в палате воцарилась та же невозмутимая тишина, которая казалась теперь еще
торжественней.
Никто не сумел бы передать содержания сначала
торжественной и под конец простодушно-стариковской
речи фельдмаршала; но сердечный смысл этой
речи не только был понят, но то самое чувство величественного торжества в соединении с жалостью к врагам и сознанием своей правоты, выраженное именно этим стариковским, добродушным ругательством, — это самое чувство лежало в душе каждого солдата и вырази лось радостным, долго неумолкавшим криком.
Назначено было
торжественное заседание ложи 2-го градуса, в которой Пьер обещал сообщить то, что́ он имеет передать петербургским братьям от высших руководителей ордена. Заседание было полно. После обыкновенных обрядов Пьер встал и начал свою
речь.
Он любил говорить и говорил хорошо, украшая свою
речь ласкательными и пословицами, которые, Пьеру казалось, он сам выдумывал; но главная прелесть его рассказов состояла в том, что в его
речи события самые простые, иногда те самые, которые, не замечая их, видел Пьер, получали характер
торжественного благообразия.